» » Невидимые люди
Информация к новости
  • Просмотров: 1239
  • Добавлено: 3-04-2017, 15:45
3-04-2017, 15:45

Невидимые люди

Категория: Общество, № 3 март 2017

История с «Минутой славы», в которой Владимир Познер и Рената Литвинова оказались главными антигероями, вызвала целую волну публикаций. Почти все они с призывами наказать, распять, уволить и еще как-то воздействовать на ведущих программы, посмевших обидеть девочку, спевшую взрос­лую песню и сказавших танцору с ампутированной ногой, что ему следовало бы «пристегнуть ножку».

И за этим праведным возмущением осталась незамеченной проблема – не только Рената, мы все просто не знаем, как правильно вести себя с инвалидами. Даже сейчас, набирая по буквам слово «инвалид», я теряюсь, я не уверена, что правильно и корректно обозначила эту категорию наших сограждан. Может быть, нужно было написать «люди с особенностями» или еще как-то? Так вот у нас нет культуры отношения к таким людям, мы оказываемся застигнутыми врасплох и либо заискиваем перед ними, либо злимся на них. И, по сути, за всей этой предупредительностью стоит одно – уйди ты с глаз моих, ради бога! Да, мне жалко тебя, жалко, но я не знаю, уместно ли показать это, мне неуютно с тобой рядом. Я не могу определить, где я тебе что-то должен, а где – нет, и не могу вести себя естественно! Лет семь назад я испытала все это на себе.

 

Светлана Анохина

Невидимые люди

Я так и не привыкла к тому, что НЕ ТАКАЯ, что мне нельзя гулять, танцевать, быть довольной жизнью, мне нельзя быть агрессивной, интересной, веселой и сексуальной. Мне положено быть скучной, домашней, с заискивающим взглядом, я не должна требовать, я должна покорно просить, и ждать, когда мне дадут.

А в аптеке мне сделают пандус, потому что мое место там, в аптеке, и мои лекарства от этого мира – не бокал мартини со льдом, и уж тем более не суши и мохито, мои лекарства носят сложные латинские названия и продаются в аптеке. В той, в которой мне сделают пандус, – мне и таким, как я.

 

Все это написала в своем блоге Катя Демина. Девушка, которая еще подростком попала в аварию и с тех пор прикована к инвалидному креслу. Девушка, которую не пустили в ночной клуб Нижнего Новгорода, чтобы те, кто пришел туда оттянуться и развлечься, не расстроились. История эта как-то сильно зацепила многих. Вон в Москве устроили акцию, и разные люди, в том числе «богатые и знаменитые», уселись на коляски и попытались немного, хоть пару часов, пожить в чужой шкуре. Попытались и мы. Недолго – час и сорок три минуты.

В 9.00 во дворе РГВК нас уже ждала машина, а в ней два новеньких, нулевых инвалидных кресла. Для меня и для депутата НС РД – Ахмеда Пирмагомедовича Азизова. Правда, он не знал, что именно нам предстоит. Поставили перед фактом. Надо отдать Азизову должное – не сослался на неотложные дела, только вздохнул тяжело и полез в машину. Снимать решено было в Каспийске. Город компактный, все тут близко. Сценария никакого не было, и плана тоже. Мы просто наметили несколько мест, куда может понадобиться заехать человеку в коляске. Причем ограничились минимумом, договариваться о прыжках с парашютом (Катя Демина, например, прыгает с парашютом) не стали. Безнадежное дело. Только аптека, банкомат, поликлиника, гастроном, разные социальные службы. Я еще настаивала на парикмахерской, книжном магазине и интернет-кафе. Азизов поначалу воодушевился и предлагал разыграть целую историю, как двое колясочников – он и она, пытаются устроить свидание, скажем, на берегу моря. Он по пути заезжает за цветами, она – прикупить парфюм или косметику.

Так вот, если и был в наших разговорах и идеях какой-то неделикатный игривый тон, то все разом закончилось, когда мы выгрузились на главной площади Каспийска и уселись в свои кресла. Все стало очень серьезно. Передние колеса упорно не хотели ехать прямо, они застревали в каждой выбоине в асфальте, сворачивали в сторону, и любой порожек высотой даже в 5 см становился препятствием. И пусть вас не вводят в заблуждение пандусы: без серьезной тренировки въехать по ним – дело неосуществимое. Ладно я, со своими слабыми женскими руками, но и Азизов, мужчина не хилый, не сумел, а всего-то там – около полуметра. И даже вниз – страшновато, кажется, сейчас перевернешься. Мало того, переехать дорогу – еще полдела. Иногда оказывается, что на противоположной стороне прямо впритирку к пандусу припаркована машина. А водитель ушел. И никак без посторонней помощи не обойтись. И никак без посторонней помощи не въехать по крутым ступенькам в поликлинику – хоть с парадного входа пытайся, хоть с черного, через внутренний дворик. Так что визит к стоматологу – это сложное путешествие, которое надо загодя обговаривать с родными. Стоматологи же на дом не ходят!

Признаюсь сразу, играли мы не по правилам. Во-первых, все-таки лето на дворе – то есть, ни луж, ни снега. А во-вторых, нам помогали Рус­там и Артур. Толкали кресла, когда у нас с непривычки уставали руки. Вкатывали вверх по очень нарядному, но слишком крутому пандусу. Помогали переехать через узенькую трубу, которая с обеих сторон преграждает проезд к городской администрации. И все равно Азизов, притормаживая, сорвал кожу на ладони.

А если бы игра велась всерьез, по всем правилам, так даже выехать из дома мы не смогли бы. Я, например, живу на 7-м этаже, и в последний раз лифт в моем подъезде не работал около недели. То есть, в условиях, приближенных к реальности, только для того, чтобы выбраться из квартиры, мне понадобилась бы помощь двух сильных мужчин. А если выезжать надолго, то нужно еще надеть этот… памперс для взрослых. Потому что не только специально оборудованных, но и обычных общественных туалетов в городе нет. Так что меня больше не удивляет, что на улицах не видно людей в инвалидных крес­лах. Они есть, но они невидимые. Они сидят в четырех стенах и просто не имеют физической возможности попасть туда, где гуляют здоровые, веселые люди.

Кстати, о людях. Люди – они хорошие. Пожилая женщина, в одной руке держа сумку, попыталась другой подтолкнуть кресло Азизова, хотя и видела камеры телевизионщиков. Какой-то мужчина замучился смотреть, как я пытаюсь перебраться через бордюр, перевез меня. Так что люди – хорошие. Только им неловко. Им не по себе, когда они видят человека в инвалидном кресле. Они стараются не смотреть тебе в глаза. Парень в магазинчике, где продают телефоны, мигом побежал договариваться в соседний магазинчик, чтобы Ахмеду Азизову закинули единицы. Девушки в парикмахерской были готовы внести меня по ступенькам на руках вместе с моей коляской.

Но ни о каком «мы такие же, как все» и речи быть не могло. Ты – снизу вверх просишь об одолжении, но с долей вызова, мол, попробуй-ка мне, инвалиду, отказать. Они – сверху вниз и с готовностью помочь, потому что чувствуют вдруг вину за здоровые руки и ноги. А чувство вины – непрочный фундамент для того, чтобы выстраивать нормальные человеческие отношения. Оно рождает внутреннее сопротивление, протест, и как только инвалидов на улицах станет больше – маятник качнется в обратную сторону. Они станут раздражать, как раздражает все, требующее твоего внимания, – нищие пенсионеры, например. Помочь ничем не можешь, разве что сумку поднести, и злишься, потому что жалко безмерно. Ну а на равных мы пока не умеем. Для того чтобы на равных – нужно с детства расти рядом с такими детьми, видеть их в садике, в школе, в университете, на работе. Любить их и злиться на них не за то, что они в колясках, а потому что они люди. Такие же, как и ты, или не похожие на тебя.

А если это сейчас еще нереально – пусть будет хотя бы пандус, нормальный, не скользящий пандус на въезде в библиотеку, музей, много­квартирный дом, школу, банк, стадион, аптеку, кинотеатр, магазин, ресторан, больницу, пляж. Чтоб невидимые люди перестали быть невидимыми.

Телеведущая Зарема Гасанова в «Зоне влияния», где показывали этот сюжет с нашим мытарством на колесах, предложила вариант, как изыскать средства. Отказаться, например, от проведения дня города, с его оскорбительным в наших убогих условиях размахом. И вот на эти деньги, может быть… А пока еще одна цитата из блога Кати Деминой:

 

Может, лет через 40 общество не будет взирать свысока на сидящих, а оттого невысокого «роста» людей. Только тогда мне будет уже все равно, я буду смотреть на это с легкого облачка на небесах, и радоваться, что в этой стране это наконец-то стало возможным. Но сейчас все-таки хочется зареветь. Потому что, в первую очередь, я девушка, а потом инвалид – с правами или без.


Автор: Светлана Анохина

Оценить статью

Метки к статье: Светлана Анохина, Журнал Дагестан, Общество

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

Добавление комментария

Имя:*
E-Mail:
Комментарий:
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищенной ссылки Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Введите два слова, показанных на изображении: *

О НАС

Журнал "Дагестан"


Выходит с августа 2012 года.
Периодичность - 12 раз в год.
Учредитель:
Министерство печати и информации РД.
Главный редактор Магомед БИСАВАЛИЕВ
Адрес редакции:
367000, г. Махачкала, ул. Буйнакского, 4, 2-этаж.
Телефон:67-02-08
E-mail: dagjur@mail.ru
^